Прямой эфир

Адвокат: Продолжение домашнего ареста Медведчуку является незаконным, поскольку судья Вовк нарушил все критерии ст. 370 УПК

Размещено: 30.07.2021
Глава политсовета партии "Оппозиционная платформа - За жизнь" Виктор Медведчук. Фото: newsoneua.tv

Адвокат главы политсовета партии "Оппозиционная платформа - За жизнь" Виктора Медведчука Дмитрий Лойфман во время заседания суда пояснил, почему решение Печерского райсуда Киева о продлении Медведчуку домашнего ареста является незаконным

Начиная апелляционное рассмотрение по пересмотру судебного решения, я считаю, во-первых, надо сделать вывод того, а что такое законное судебное решение. В ст. 370 УПК указано, что законное судебное решение - это решение, принятое компетентным судом согласно норме материального права с соблюдением требований по уголовному производству, предусмотренных настоящим КПК. Итак, из этого можно сделать вывод только один, что только при наличии всех этих трех аспектов одновременно судебное решение может считаться законным.

Что происходит в нашем случае? В нашем случае нет ни одного из этих аспектов, которые подтверждают то, что решение суда следственного судьи Вовка, которое сейчас обжаловано, является законным. Ни одного критерия нет. У нас суд является некомпетентным, не соблюдены требования по уголовному производству, предусмотренные уголовно-процессуальным законом. По моему убеждению, указанное состоит в следующем: некомпетентность суда подтверждается тем, что дело, вообще это дело и это ходатайство не подсудны вообще Печерскому районному суду г. Киева, то есть нарушено правило подсудности. Во-вторых, это нарушение принципов автораспределения и ст. 35 УПК при определении следственного судьи, который будет рассматривать это дело. Что я имею в виду? Статьями Уголовного кодекса 181, 199, 184 и, обращаю внимание, специализированной ст. 482 со значком 2 УПК, которая устанавливает особенности рассмотрения ходатайств о мере пресечения в отношении народного депутата, во всех этих статьях отмечается, что ходатайство рассматривается, осуществляется следственным судьей, в пределах территориальной юрисдикции которого находится орган досудебного расследования. Орган досудебного расследования в нашем уголовном производстве - это ГБР, центральный аппарат, в состав которого входит Главное следственное управление.

Я уверен, что вся наша страна знает, где находится ГБР. Оно находится по адресу Симона Петлюры, 15 в г. Киеве, территориально относится к Шевченковскому районному суду г. Киев. Указанная информация подтверждается сведениями из официального сайта ГБР, где этот адрес указывается как адрес для приема граждан, для корреспонденции, для переписки, где происходит прием граждан руководством, то есть руководство там находится.

Кроме того, нами приобщены к делу повестки, которые получает Виктор Владимирович. Все следственные и процессуальные действия совершаются по адресу Симона Петлюры, 15. Именно туда вызывают сторону защиты для проведения следственных и процессуальных действий, именно там находятся материалы уголовного производства. Итак, все указанное свидетельствует, что фактически ГБР находится под территориальной юрисдикцией Шевченковского районного суда.

В оспариваемом решении, вернее, учитывая все это, мной, когда я узнал о подаче прошения в Печерский районный суд, в тот же день я сразу подал ходатайство в Апелляционный суд в соответствии со ст. 34, чтобы апелляционный суд решил этот вопрос, потому что только апелляционный суд может решить спор о подсудности. Подал ходатайство о решении этого вопроса, поскольку другого способа это сделать нет. И я подал ходатайство следственному судье Вовку, приобщив копию ходатайства в апелляционный суд с просьбой отложить рассмотрение этого ходатайства, пока апелляционный суд определит. Следственный судья Вовк вместо этого отказался откладывать судебное заседание, взял на себя полномочия апелляционного суда и в обжалуемом постановлении пришел к выводу, что дело ему подсудно. А каким же образом он пришел к такому выводу? Он отмечает, что юридический адрес якобы ГБР находится на территории Печерского района, а именно - Панаса Мирного, 28.

Но уважаемый суд, ну, во-первых, это не входит в его компетенцию, он не имел права делать такие выводы. Во-вторых, в Уголовно-процессуальном кодексе нет ни слова о юридическом адресе органа досудебного расследования. Речь идет только о месте его нахождения. И это законодатель заложил в кодекс, внесли в кодекс, юридический адрес - это место регистрации, где платятся налоги, и больше ничего он не говорит. Он может быть где угодно: ГБР может быть зарегистрировано хоть в Крыжополе, хоть в Ужгороде, хоть в Луганске, Харькове, где угодно. Следователи находятся здесь, и чтобы им не ездить в Крыжопольский суд, они должны ходить в тот суд, под территориальной юрисдикцией которого они фактически находятся. Это логика КПК, полностью разорванная следственным судьей Вовком. Более того, он даже не имел на это полномочий.

В свою очередь, рассмотрев таким образом ходатайство прокурора, когда было назначено на следующий день после этого судебное заседание в апелляционном суде, я на него прибыл, суд отказал в удовлетворении ходатайства не потому, что я не прав, не потому, что дело не подсудно. Единственное, что ходатайство должно быть рассмотрено в соответствии со ст. 34, до начала судебного разбирательства. А в то время нас лишил судья Вовк этой возможности, апелляционный суд дать оценку. Отказано в связи с тем, что судебное разбирательство уже состоялось. Единственный способ - это перепроверить и дать этому оценку. Это в рамках апелляционной жалобы решить вопрос, предусмотрено конкретно ст. 412, ч. 2, а именно то, что является основанием для отмены судебного решения, это нарушение правил подсудности.

Кроме того, а что же такое местонахождение? УПК не дает толкования, что такое местонахождения. Единственное место, в котором отмечается и толкуется понятие в украинском законодательстве местонахождение юридического лица, - это ст. 93 Гражданского кодекса, в которой говорится, что местонахождением юридического лица является фактическое место ведения деятельности или расположения офиса, из которого проводится ежедневное управление деятельностью юридическим лицом, где преимущественно находится руководство и осуществляется управление и учет. Все, больше никаких вопросов, что такое местонахождение, нет в украинском законодательстве. Поэтому толковать по своему усмотрению, что дело подсудно Печерскому, Голосеевскому, еще какому-то суду, никто не имеет права. Закон четко это предусмотрел. А если возникают вопросы по этому поводу, то это исключительные полномочия апелляционного суда, ни в коем случае следственного судьи Вовка.

Кроме того, сказанное мной подтверждается, что судебный контроль в этом уголовном производстве осуществляется Шевченковским районным судом. Мною лично было подано две жалобы в Шевченковский районный суд в рамках этого уголовного производства, а именно по делу № 761/23089/21 от 5.07 и 761/23092/21 от 6.07, которые приобщены к материалам дела, там находятся вместе с этим ходатайством. Судья Вовк видел. Шевченковский суд принял от меня жалобы. У него не возникло вопросов, что дело ему не подсудно, что ГБР находится в Печерском суде. Он их принял и рассмотрел по сути, и решения находятся в материалах дела. А следственный судья Вовк считает, что он - апелляционный суд. Хорошо, что не Верховный.

Кроме того, такой вопрос о местонахождении ГБР уже решался Киевским апелляционным судом по делу № 757-27708/20. И в соответствии с решением, которое было принято Киевским апелляционным судом от 19.02.2021 года, которое вступило в законную силу, которое не подлежит кассационному обжалованию, по другому делу установлен юридический факт, что местом нахождения центрального аппарата ГБР, в структуру которого входит Главное следственное управление, является ул. С. Петлюры, дом 15 в г. Киеве, территориально относится к Шевченковскому району. И согласно этому постановлению суда, все материалы следственных судей, которые находились в Печерском суде, были переданы в Шевченковский районный суд. Изучив текст этого постановления, которое имеется в Реестре судебных решений и копии которого я приобщал, установлено, что это не просто какое-то уголовное производство. Это уголовное производство в отношении другого народного депутата Украины - Порошенко. То есть у нас получается, что в одних и тех же условиях одни и те же нормы закона действуют по-разному. Для одного народного депутата ГБР находится в Шевченковском районном суде, а для второго - в Печерском. Это как? При том, что ГБР никак не двигается. Оно как было на С. Петлюры, 15, оно там так и есть. И административное деление г. Киева также не меняется никак. Это первый критерий, по которому суд у нас был некомпетентен.

Второй критерий. У нас состав суда также является незаконным, и это подтверждается тем, что при поступлении этого ходатайства нарушены требования ст. 35 УПК, а именно по автораспределению. В частности, как указано в ст. 35, основным и фактически единственным принципом автораспределения является соблюдение принципа вероятности. Никто заранее не имеет возможности знать, кто будет судьей по его делу, любому. Жалобы материалы, ходатайства, что угодно. Принцип вероятности. Все, что должна обеспечивать автоматизированная система документооборота, - это принцип вероятности. В нашем случае, мы во время своего доклада об этом уже говорили, в нашем случае произошло что? 6.07 прокуроры подали ходатайство утром. Около 10 утра подали ходатайство о продлении срока предварительного, в 10 утра, около, я не помню, там протокол есть об автораспределении расследования. Это ходатайство попало к судье Вовку. Узнав об этом, я уверен в этом, я готов это доказывать, узнав об этом, прокуроры, понимая, что судья Вовк является к ним лоялен и готов совершить какое-либо действие по их требованию, срочно, в 13 час. 59 мин., то есть был разрыв во времени, принесли в суд еще второе ходатайство о продлении содержания, меры пресечения. Почему они так сделали? Потому что, согласно основам использования автоматизированной системы Печерского районного суда, написано, что в рамках одного уголовного производства, если приходит несколько ходатайств, они первое распределяют, а другие к нему присоединяются, чтобы у одного судьи были. Но это сделано для чего? Это когда следователь принесет одновременно там 10 ходатайств об обыске или 20 ходатайств о временном доступе, которые должны рассмотреть в этот же день, и чтобы следователь не бегал по всему суду между судьями, чтобы один судья это рассматривал. Но эту норму, которая направлена на соблюдение разумности сроков, прокуратура использовала в своих интересах. У них не было даже готово это ходатайство. Ходатайство, согласно требованиям закона, имеет обязательное приложение к нему. К ходатайству должно быть добавлено подтверждение того, что копия ходатайства с материалами вручена подозреваемому. И копии материалов, которые к нему приложены, были вручены Медведчуку после 17 час. вечера 6.07, то есть после того, как ходатайство это было подано в суд. Как работает канцелярия в суде, любом суде, хоть Печерском, хоть каком-то другом? Она не приняла бы даже это ходатайство. Ни здесь, ни в апелляционном, нигде. Канцелярия перед тем, как получить документы, она проверяет обязательность документов, которые должны быть. И она не могла бы принять это ходатайство, потому что нет обязательных приложений к этому.

Кроме того, согласно решению судей, ходатайство органов предварительного расследования в Печерском суде принимается только до 13 час. каждый день. А здесь – 13:59. Таким образом, подав такое ходатайство незаконным способом, не имея должных приложений, предусмотренных ст. 184, сторона обвинения умышленно создала основания для того, чтобы избежать автоматического распределения системы документооборота и чтобы не придерживался, при определении судьи был нарушен принцип вероятности.

Таким образом, учитывая эти два аспекта о том, что нарушена подсудность и нарушена ст. 35, то есть автораспределение, состав, решение судебное не может быть признано законным, поскольку оно принято некомпетентным судом.

Из этого основания нами добавлен только полный текст постановления. Мною был заявлен отвод судьи Вовка. Пришел судья Писанец, которому я, кстати, тоже заявил отвод, потому что Вовк ушел, пришел Писанец, а секретарь остался в суде судьи Вовка. То есть секретарь заранее знал о том, что Писанец отвод удовлетворять не будет, он остался здесь, в зале судебном. И Писанец меня ограничил в моем праве, не дал мне возможности, он начал рассматривать по существу. Но давайте посмотрим это постановление, которое он рассмотрел. Он пишет, что заявлено заявление об отводе, даже не указаны доводы, на каких основаниях я заявил, обстоятельства и почему я считаю, что автораспределение нарушено. Он ссылается, переписывает слово в слово положения ст. 22, 26, 75, 76, 80, вставляет практику Европейского суда, которая, кстати, здесь никоим образом не корреспондируется с тем, что у нас есть. И потом пишет, что основания, согласно правилам УПК Украины для отвода следственного судьи отсутствуют. Непонятно даже, что он рассматривал. Он не то, что не оценил доводы стороны защиты, он даже не заметил, что они были какие-то, их не было, просто читая это определение, можно подумать, что отвод заявили, сказали, что я вам заявляю отвод, и не привели никаких аргументов в поддержку этого. Но это не так. Там есть мое заявление об отводе, и это постановление об этом свидетельствует.

Учитывая это, данный вопрос был также поднят перед судьей Вовком, что он не имеет права, поскольку ст. 75 предусмотрено, что в случае нарушения автораспределения материалов уголовного дела судья обязан взять самоотвод. Но к чему у нас прибегнул судья Вовк? Он в своем постановлении пишет, что этот вопрос рассмотрен был при его отводе. Но, как мы видим, следственный судья, который рассматривал отвод, эти доводы никак не рассматривал, не дал им никакой оценки, а потому этот вопрос до сих пор остается открытым, и безосновательно судьей Вовком отвергнуты эти доводы стороны защиты.

Итак, это по некомпетентности суда. Относительно следующего аспекта обязательно, чтобы решение суда могло быть признано законным. Это соблюдение требований по уголовному производству, предусмотренное УПК. Следовательно, эти требования не были соблюдены по следующим основаниям: указанное ходатайство подано по истечении предельного срока, отведенного на его представление. Так, в соответствии со ст. 181 УПК Украины, установлено, что срок содержания лица под домашним арестом продолжается по правилам продолжения содержания лица под стражей, то есть по ст. 199. В ст. 199 отмечается, что ходатайство о продлении срока содержания под стражей - подчеркиваю - имеет право подать прокурор не позднее, чем за 5 дней до окончания действия предыдущего решения. Имеет право. В то же время, учитывая, что согласно постановлению КМУ, на территории Украины срок действия карантина продлен до 31.08.2021 года, у нас в силу вступает пункт 20-5 переходных положений, заключительных, нет, переходных положений УПК, согласно которым установлено, что на период карантина, связанного с Covid-19, ходатайство о продлении срока содержания под стражей подается не позднее, чем за 10 дней. То есть на момент подачи ходатайства, как указано в ст. 199, прокурор вправе подать такое ходатайство максимум 30-го, учитывая, что срок действия постановления предыдущего заканчивался 9.07, то есть за 10 дней, это до 30.06. 30.06.2021 года прокурор потерял право на обращение в суд с таким ходатайством.

Что у нас говорит закон о таких ситуациях? У нас закон говорит, что ст. 21, 28 УПК каждому гарантируется право на справедливое рассмотрение и решение дела в разумные сроки надлежащим беспристрастным судом, созданным на основании закона, каждое процессуальное действие или процессуальное решение должны быть выполнены или приняты в разумные сроки, которые не могут превышать предусмотренные настоящим Кодексом сроки выполнения отдельных процессуальных действий или принятия отдельных процессуальных решений. То есть прокурор не имел никакого права после 30.06 подавать ходатайство.

Кроме того, ст. 113 предусмотрено, что процессуальные сроки - это установленные законом промежутки времени, в пределах которых участники уголовного судопроизводства обязаны принимать процессуальные решения или совершать процессуальные действия. Любое процессуальное действие должно быть выполнено без неоправданной задержки и в любом случае не позднее предельного срока, определенного соответствующим положением этого кодекса.

Как вы уже убедились, предельный срок, установленный положениями этого кодекса, это было 30.06.2021 года. Что же делать, если срок пропущен? Единственная возможность его восстановить, это в соответствии со ст. 117, в которой отмечается, что пропущенный по уважительным причинам срок должен быть восстановлен с ходатайством заинтересованного лица постановлением следственного судьи. У нас, уважаемый суд, прокурор так спешил в суд попасть, чтобы дело попало именно к судье Вовку, даже не вручив ходатайство Виктору Владимировичу, он даже не попросил судью Вовка восстановить пропущенный срок. Он не привел никаких причин уважительных, как отмечает ст. 117. Суд, открывая производство по этому ходатайству, не рассматривал этот вопрос вообще, а был обязан. Уважаемый суд, вот вы, принимая нашу апелляционную жалобу, она должна быть подана в течение 5 дней, если бы на 6-й день мы ее подавали, вы бы открыли производство? Нет. Вы бы ее мне вернули, если бы я не привел доводы уважительности причин, которые бы вы рассмотрели, если вы бы признали их уважительными, вы бы тогда возобновили пропущенный срок. А здесь даже прокурор не удосужился этого сделать, объяснить суду. А следственному судье, который должен, обязан был зарегистрировать производство в такой ситуации, он даже не затруднил себя объяснить суду, почему срок был пропущен. И это в свою очередь также подтверждает незаконность автораспределения, потому что я считаю, что причиной пропуска срока было то, что сторона обвинения ждала того момента, когда среди очередных следственных судей будет именно судья Вовк и чтобы эти материалы попали к нему. И они знали заранее.

...Я говорю о том, что это было сделано намеренно.

Кроме того, указанная позиция стороны защиты также подтверждается постоянной судебной практикой. К материалам дела мною были приложены решения судов, я в ЕРДР, судебных решений нашел судебные решения, когда суд отказывал прокурорам, потому что они пропустили сроки. Это и харьковский суд, и киевский районный суд, и уманский. То есть я сделал подборку, что это по всей стране сложившаяся практика. У одного только судьи Вовка на него это не распространяется. Ему не известно, что такое процессуальный срок и как должны действовать лица. Итак, это относительно несоблюдения положений УПК.

И следующий аспект того, что принятое судебное решение является незаконным, это потому, что при принятии этого решения следственный судья Вовк нарушил принципы законности и диспозитивности КПК. В своем ходатайстве генеральный прокурор Украины четко отметила: продлить срок домашнего ареста до 2 месяцев. На момент подачи ходатайства срок домашнего ареста, установленный предыдущим постановлением следственного судьи, составлял 57 дней. Генеральный прокурор обращается - до 2 месяцев. Открываем КПК, как исчисляются сроки месяцами. Последний день соответствующего месяца. То есть, учитывая, что решение о домашнем аресте, применении меры пресечения у нас вынесено 13.05, это нулевой день, то максимум, до какого срока, учитывая принципы законности и диспозитивности, следственный судья Вовк мог продолжить меру пресечения, это 13.07.2021 года. Учитывая положения ст. 9, 26, что суд не вправе выходить за пределы вопросов, поставленных перед ним, это принципы основополагающие, следственный судья, суд в уголовном производстве решают только те вопросы, которые вынесены на их рассмотрение сторонами и отнесены к их полномочиям. Я настаиваю на том, что генеральный прокурор просил суд, ставил перед ним вопрос только о продлении меры пресечения, домашнем аресте до 2 месяцев, то есть до 13.07.2021 года. И прокуроры, которые присутствуют, вместо суда начали рассказывать, что имел в виду генеральный прокурор, они - не генеральный прокурор. В отношении народного депутата совершать такие действия имеет право только генеральный прокурор. И только генеральный прокурор должен сюда прийти и сказать, что он имел в виду, как толковать его слова. Они, прокуроры, даже выходят за пределы своих полномочий, начиная рассказывать, что это значит, - до и на. Есть простой пример: минимальная заработная плата в Украине - 4,5 тыс. грн. 6 уже? 6. Вот повысить заработную плату минимальную до 10 тыс. грн или на 10 тыс. грн. Это разница для прокурора, для вас, для всех? Это очевидно. Точно так же и здесь. Суд нарушил принципы законности, диспозитивности и вышел за пределы ходатайства стороны обвинения.

Итак, суммируя мной сказанное, можно прийти к выводу, к тому, что обжалуемое судебное решение не соответствует ни в коей мере ст. 370 УПК и не может быть истолковано как законное судебное решение, учитывая требования ст. 370. Таким образом, учитывая положения ст. 409 и 412, в которых указывается, что основанием для отмены или изменения судебного решения в суде апелляционной инстанции среди прочего является существенное нарушение требований уголовно-процессуального закона. Существенными нарушениями требований уголовно-процессуального закона, в соответствии со ст. 412, являются такие нарушения требований этого кодекса, которые помешали или могли помешать суду принять законное и обоснованное судебное решение. Приведя эти основания нарушения подсудности, законности, диспозитивности, процессуальных сроков и все такое, что мной было сказано, это и есть именно те существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые подлежат, на основании которых данное постановление подлежит отмене.

Кроме того, ч. 2 ст. 412 предусмотрены процессуальные нарушения, с которыми установленное судебное решение в любом случае подлежит отмене, если нет альтернативы не отменить судебное решение и перечислен перечень нарушений, которые автоматически за собой влекут отмену. А именно: судебное решение, принятое незаконным составом суда. У нас состав суда незаконен, поскольку нарушены принципы ст. 35. Нарушено правило подсудности. А оно у нас нарушено, и следственный судья сознательно не дал возможности рассмотреть апелляционному суду эти вопросы, взяв на себя его полномочия. Итак, из 2 критериев, предусмотренных ст. 412, у нас это обжалуемое постановление судьи Вовка подлежит безусловной отмене.

А потому, уважаемый суд, при таких обстоятельствах, что указанное постановление суда не соответствует ни требованиям ст. 370, а также имеются все основания для его отмены, предусмотренных ст. 409, 412, здесь, выходя в совещательную комнату, у вас даже не должно быть вопросов, отменять или не отменять. Закон прямо предусматривает автоматическую при таких нарушениях отмену решения суда. Здесь решается другой вопрос: или у нас вы являетесь представителем независимого беспристрастного суда, который предусмотрен УПК и Конституцией Украины, или же у нас получается, что преступление продолжается в отношении Виктора Владимировича и у него появляется новый соучастник.

Дмитрий Лойфман

Источник: newsone.ua

Подписывайся на NEWSONE в Facebook. Узнавай первым самые важные новости.